На следующее утро после пышного празднования юбилея Харлана Тромби, знаменитого мастера детективных романов, его обнаружили бездыханным. Всё указывало на добровольный уход из жизни — казалось бы, случай очевиден. Полиция, следуя стандартной процедуре, начала опрос родственников, собравшихся в фамильном особняке. Однако куда больше интереса к этому делу проявил частный сыщик Бенуа Блан. Как раз в тот день он получил по почте анонимный пакет с деньгами и заказом разобраться в обстоятельствах кончины писателя.
Даже неопытному наблюдателю было ясно, что каждый из членов семьи старается приукрасить свои отношения с покойным. Одни вспоминали о мнимой близости, другие — о вымышленных сердечных беседах. Но Блану неожиданно повезло: он познакомился с сиделкой, ухаживавшей за Харланом в последние месяцы. Женщина обладала удивительным свойством — её буквально тошнило от любой лжи. Она физически не могла слушать неправду, не выдавая своей реакции. Эта встреча стала переломным моментом в расследовании, которое постепенно обрастало новыми деталями и намёками на тщательно скрываемые секреты.
Особняк Тромби, полный мрачноватых коридоров и старинных портретов, хранил немало тайн. Каждая комната, каждая вещь казались частью сложной головоломки. Блан, методично собирая информацию, замечал мельчайшие нестыковки в показаниях. Родственники говорили об уважении и любви, но в их глазах читалась тревога, а иногда и откровенный страх. Сиделка же, напротив, делилась простыми, будничными наблюдениями — о привычках старика, его внезапных перепадах настроения, странных телефонных звонках глубокой ночью.
Постепенно картина начала проясняться. Выяснилось, что Харлан в последние недели жизни был особенно напряжён, часто перечитывал старые письма и делал пометки в записной книжке. Он упоминал о каких-то "старых долгах", но не конкретизировал. Блан, сопоставляя факты, пришёл к выводу, что мотивов для самоубийства могло и не быть. Возможно, кто-то очень умело инсценировал его, пользуясь слабостью и болезнью писателя.
Расследование набирало обороты. Частный детектив проверял каждую версию, от самых очевидных до почти невероятных. Помощь сиделки оказалась бесценной — её честность стала тем самым ключом, который помогал отделять правду от вымысла. Семейные тайны, годами скрываемые за фасадом благополучия, одна за другой выходили на свет. И Блан понимал, что разгадка близка — нужно лишь соединить все части мозаики, какими бы неожиданными они ни казались.
