Отец видел в Деке лишь слабость, пятно на репутации своего воинственного рода. Приказ был суров и беспощаден: старший сын должен был устранить позор семьи. Однако брат выбрал иной путь. Ценой собственной жизни он дал Деку шанс, отправив его в один конец — на Генну, планету, чье имя на языке космических бродяг переводилось как «чужой ад».
Генна не была гостеприимной. Её ландшафты, от ядовитых болот до каменных пустынь, кишели формами жизни, для которых понятия «мир» не существовало. Выживание здесь было единственным законом. Именно в этом аду, среди обломков чужой технологии, Дек нашел её — Тую. Она не была полностью человеком и не была полностью машиной. Экспедиция с Земли, прибывшая сюда давным-давно, закончилась катастрофой, оставив после себя лишь эту «располовиненную» девушку-андроида, чьи воспоминания были фрагментарны, а системы — повреждены.
Для Дека, выросшего в тени отцовского презрения, Туя стала не просто находкой. Она была ключом. В её поврежденных банках данных хранились обрывочные сведения о калиске — существе, которое местные племена и немногие выжившие колонисты считали мифом, воплощением самой планеты. Непобедимый жуткий зверь, чья шкура не бралась ни энергетическим, ни кинетическим оружием. Убийство калиска было не просто подвигом. Это был единственный способ доказать отцу и всему клану, что он — не ничтожество. Что в его жилах течет кровь настоящего охотника.
Их союз был странным. Дек, с его грубой силой и жаждой доказательств, и Туя, с её холодной логикой и вспышками почти человеческих эмоций, скрытых под титановой кожей. Вместе они двинулись в глубины Генны, туда, где заканчивались даже самые приблизительные карты. Путь их лежал через кислотные дожди, поля плотоядной растительности и территории, контролируемые примитивными, но смертоносными племенами аборигенов.
Охота превратилась в путешествие к пределам выносливости. Дек учился не просто полагаться на мускулы и реакцию, но и слушать тихие предупреждения сенсоров Туи, читать данные о составе атмосферы и биологических угрозах. Она, в свою очередь, начала понимать нелогичную, упрямую решимость этого молодого изгнанника. Он чинил её поврежденные узлы, когда находил редкие запчасти среди обломков; она вычисляла оптимальные маршруты и предсказывала поведение местной фауны.
Слухи о калиске обрастали подробностями, почерпнутыми из разных источников: из бормотания шамана племени скорпионоидов, из последнего поврежденного log-файла земной экспедиции, найденного Тушей. Зверь был не просто большим и сильным. Он был частью экосистемы Генны, хищником высшего порядка, возможно, даже разумным в своем свирепом роде. Некоторые легенды говорили, что тот, кто убьет калиска, получит не просто трофей, а власть над самой планетой.
С каждым пройденным километром цель менялась для Дека. Это уже не была простая демонстрация силы отцу, где-то в далекой звездной системе. Это стало личным испытанием. Вызовом, брошенным ему самой Генной через призму этого мифического существа. И в этом вызове рядом с ним была только она — девушка из металла и остатков памяти, чье тихое «я вычисляю» порой звучало обнадеживающе. Их одиночная охота готовилась перевернуть не только судьбу изгнанника, но и, возможно, раскрыть тайны гибели первой экспедиции и истинную природу жуткого зверя, ставшего для Дека навязчивой идеей и единственным шансом обрести себя.
